Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

кинозал

Шум затих

Помню, как я в первый раз оказалась на совершенно пустой сцене, при пустом зале. Это было еще до премьеры "Ребекки". Глубокий вечер, театральный центр на Дубровке; в арт-кафе тихо кроят костюмы, в подвалах делают спинки кроватей, в репетиционной только что закончили разводить какие-то сцены, и актеры ушли домой. За стенами театра мороз, ночь, просвеченная оранжевыми фонарями, и ветер, гладящий сугробы.
Вход на сцену открыт. Зал погружен в темноту, посреди сцены лежит тусклое пятно дежурного света; я останавливаюсь прямо в нем, а потом сажусь по-турецки и замираю. Спят пыльные кулисы, что-то покряхтывает в глубине - возможно, рассыхается какая-то деревянная конструкция в холодном кармане. Театр не двигается, и даже отдаленные голоса из арт-кафе - просто часть тишины. Я сижу, молчу и смотрю.
В этот вечер я поняла: театр ждет. Он способен существовать сам по себе, набитый под завязку отголосками предыдущих спектаклей, подготовки к ним, страстей на сцене и за нею, стуком молотков и шепотом в гарнитурах. Но полной жизнью он живет, когда в него приходят; когда то, что происходит на сцене, переливается в зал, выплескивается туда, проникает внутрь других людей - и они уносят с собою это, искрящиеся, наполненные. Тогда театр сыто вздыхает и засыпает счастливым сном. До следующего раза.

В субботу я снова видела эту пустую сцену. Уже не ТЦ на Дубровке, а ДК "Маяк"; не так темно в зале, звукорежиссер тянет какие-то провода; только что установили помост, и он привыкает к новому месту, устраивается боками. Я сижу на его краешке, жмурюсь на лампы, зная, что завтра мы придем и наполним это место движением и звуком. А потом снова и снова, потому что театр - это не только сцена, подвалы, гримерки, лампы, провода. Это люди. Играть без стен можно; без людей - никак.

Наши люди ждут вас 24 марта, чтобы поделиться историей, знакомой с детства.
Встречи вКонтакте и на Фейсбуке

geM1zFQeQf0
кинозал

(no subject)

В дайри заканчивается фандомная битва, о которой я знаю потому, что несколько моих дорогих друзей в ней участвует; а я вдруг подумала - в очередной раз - что куда-то делись те времена, когда я активно "тащилась" от какой-то новинки кино. Последним был "Хоббит", предпоследними "Люди Икс: Первый класс", ну и всё. С тех пор ни одна вещь не вызывала во мне желания погрузиться в нее настолько, чтобы пересматривать непрерывно, читать фанфики, смотреть арты, выискивать редкие фото со съемок и взахлеб обсуждать с такими же сумасшедшими, какие герои зайчики и котики.

Я помню это чувство. Хорошее оно, на самом деле, очень вдохновляющее: на этой платформе наслаждения, обсуждения, переосмысления и даже копирования чужого вырастало временами совершенно дивное. Цеплялись свои собственные идеи, не имеющие отношения к первоисточнику, но возникшие из него; это будто подобрать камешек с дороги, по которой шло Братство Кольца, - и унести к себе в страну, где положить в фундамент нового дома. Я и теперь цепляю идеи из фильмов и книг, но уже совсем по-другому; а такого, чтобы каждый кадр смаковать, да не месяц, а год-другой - это уже отодвинулось и забыто.

Я по-прежнему нежно люблю то, что любила, но не рыщу в поисках дополнительных материалов; просто оно живет во мне, как часть меня самой, и иногда подкрепляется пересмотром в теплой компании. Но я знаю, что есть люди, которые не теряют этот запал с годами: и пишут, и рисуют, и героев любят. Как вы это делаете и что вам это дарит?
все возможно

нижнюю, пожалуйста

***
Громко стучат колеса – сердечный ритм, будто хотят тебе рассказать о чем-то. У горизонта свет: полоса горит, чуть облаками прикрытая, словно челкой. Энди глядит в закат, пьет горячий чай (кажется, подстаканник его древнее), и потихоньку, словно бы невзначай, смотрит в людей. За окнами всё темнеет.
Энди сказали: российские поезда – это сплошной экстрим, дикий ужас даже. Могут убить, украсть, не найдешь следа, и никому ты, бедненький, не расскажешь. В транспорте этом всегда напролом храпят, громко орут, хамят, занимают полки. Это тебе, дружок, не ведро котят, это российский поезд. Совсем без толку.
Но – вот пока никакого экстрима нет. Тихий дедок, молчаливый мужчина, третий – Энди, и он еще не прижат к стене, не расчленен, не обижен, он... незаметен. Просто читает свой «Ньюсуик» и пьет свой чай (вот антиквариат, помоги мне боже!); свитер, узлом завязанный на плечах, греет и успокаивает немножко. Самое интересное – за окном: станции-призраки, снег и круженье сосен, дивный закат, расплесканный, как вино, вечер ленив, политик в статье несносен, Энди его забыл и глядит, глядит... Вот светлячки на холмах: огоньки деревни. Сладкое чувство рождается вдруг в груди: будто, как подстаканник, сам Энди – древний.
Древний настолько, что помнит свои пути, всех, кто его касался – душой, руками. Люди привыкли вечно во тьму идти, сами становятся яркими светлячками. Вечные странники, с вечно живым нутром, если однажды вдруг повезло проснуться, - в окнах сияет лунное серебро, даже немного страшно его коснуться. В тамбуре тихо и сонно, почти темно, Энди идет туда, чтоб увидеть больше.
Девушка, что стоит и глядит в окно, мягко ему улыбается, носик сморщив.
Энди становится рядом. Земля – как дым. Там открываются речки, холмы, овраги. Что раньше виделось прочным, почти стальным, вдруг оказалось сделанным из бумаги. В дальнем купе кто-то громко уже храпит, пахнет куриной шкуркой и сигаретой. Девушка просто смотрит, стоит, молчит; Энди вдруг кажется, в ней очень много света.
Энди сказали: российские поезда – это особенный рай, лишь для тех, кто понял. Энди глядит, как дрожит над холмом звезда, и тянет руку – дотронуться до ладони.
хлопушка

вспышка

Обожаю этот путь от идеи до воплощения. В частности - нашу подготовку к съемкам, выступлениям, спектаклям, концертам. Сначала вспышка: а почему бы не сделать то или это? А они сыграют, споют? Да куда они денутся, и не такое уже проходили. Потом - разбор нот и партий, "ну и хитрожопая же песня", "композитор тут, наверное, думал, но чем - неизвестно", "у меня коты под окном так мяукают", "поздравляю, мы снова можем петь на похоронах, давайте поднимем уровень до свадеб", "вау, все попали друг в друга, неожиданно". Потом неожиданность становится закономерностью, и можно наращивать новый слой: кто на кого как посмотрел, за руку взял и пошел одновременно с кордебалетом или без него. Потом присоединяются музыканты, и звук обретает объем, и все становится "очень серьезно". А потом разрозненные кусочки соединяются в единое целое, и вот тот самый день, свет софитов, "мягкие теплые зрители", как говорит звукорежиссер. Именно тот момент, к которому шли - и после которого пойдем дальше.
Никто не знает, что он совпадает с тем мигом, когда мы еще выбираем. Когда мы смотрим на что-то и говорим: "Да, оно", - наши прекрасные люди уже стоят в свете софитов и поют, танцуют и играют. Каждый выбор - это вспышка с тем, что будет потом. Мы еще не знаем в точности, как кого повернем и какой костюм наденем; но точно знаем, что это будет прекрасно.
сумасшествие мне идет

365: 5

В рассаднике ереси, трамвае № 2, подвесили экраны.

Выглядит это теперь так: бежит по сверкающим (когда солнышко) или мутным (когда облачность включена) одинокий вагончик. Рассадник ереси, трамвай № 2, редко бывает двухвагонным; вот когда он едет в депо, тогда да - высок, длинен, шикарен. А когда всего лишь круг по Центральному рынку навернуть, заложить виражи в парке Победы и протарахтеть по улицам Агенскалнса - это и одного вагончика хватит, чего там, обойдетесь.

И вот едет он, а под потолком у него мониторы. Дивное на них показывают. То мультфильмы про Африку, то предупреждения от Rīgas satiksme, то и вовсе трамвайные внутренности - посмотрите, пассажиры, как вы культурно едете. А пассажиры едут, и правда, культурно. Кто книжку читает, кто в окно смотрит, кто балду пинает, кто гаджетом светит. Все при деле.

Но, как известно, трамвай № 2 - место особое. Очень любит кататься на нем контингент. Обычно ездит контингент с трамвайного кольца на улице Тапешу до Агенскалнского рынка, где клубится, общается и всячески благоухает, иногда оседая невнятными кучками около остановок и полуразрушенных торговых рядов. А в трамвае контингент, чтобы не заснуть в долгом пути, насчитывающем 9 остановок, всячески себя взбадривает - разговорами, в том числе и с другими пассажирами, иногда бульканьем из куртки или тактильным контактом, за который огребает (словесно).

Вот катится обновленный рассадник ереси, трамвай № 2, сверкая чистенькими экранами; показывают на них Африку, блестящую, как леденец, и новости в хрустящей обертке, и даже рекламу иногда - воздушную, как йогурт на витрине сельпо. Контингент едет, задумчиво смотрит, к мирным жителям не пристает. А потом вздыхает, вываливается из трамвая у Агенскалнского рынка и бредет вдаль; и кажется в этот момент, что просветлело в голове у контингента; но его уже ждут задушевные друзья, и, сцепившись плечами, они вместе уходят куда-то. Трамвай едет дальше и несет с собой Африку - кому-то да пригодится.
я фотограф!

Ушастики

Позавчера очередную порцию ушастиков поснимала. Как говорится, мелочь, а приятно. Даже очень.
Мелочь шустрая и все время норовит вывалиться из кадра, но мы люди опытные, нас такими выкрутасами не сломить.

Вот, например, котенок как бы уговаривает вас отдать все деньги, имущество и вкусняшки в фонд котенка, чтобы жилось ему долго и счастливо.

IMG_0028

Collapse )
Everything is under control

И я требую уважения и тишины (с)

Ночью спать, конечно же, не надо. Ночью надо найти какую-нибудь фигню и хохотать, пугая соседей.
Внезапно обнаружилось в дружественных записях вКонтакте видео - кусочек съемок дипломного проекта the_great. Снимали у нас на квартире в Москве, вечером и ночью, за один присест. Бешеной собаке семь верст не крюк. То, что соседи не прибежали с вопросом, что мы тут делаем, говорит о толщине стен новостройки и лояльности соседей. Особенно после "Выйду ночью в поле с конем", исполняемой отчетливо нетрезвыми голосами десять дублей подряд.
Сам фильм лежит тут. Ностальгия :)

Мартин

(no subject)

Грустно кашлять летом, когда гулять бы да гулять, но как-то людей пугать не хочется; впрочем, все уже идет на убыль, как август. Скоро совсем уйдет. А сентябрь обещают добрый.

Август пахнет по-особенному, вы замечали? Травой, которому кому-то вздумалось снова косить - в ней нету больше этих истерически-зеленых ноток, как в скошенной майской, не успевшей пожить. Нет, эта трава - заслуженная, довольная, лежит подсыхающими кучками и пахнет полынной горчинкой. Над ней вьются растерянные сытые пчелы.

Еще хорошо почти в полночь субботы, и наработавшись, и налюбовавшись на приятное, и начитавшись, обнаружить себя в дебрях изучения Гринвичского меридиана, потому что где-то проскользнуло и понадобилось для игр с часовыми поясами в тексте. Гринвичский меридиан! Это звучит почти так же звонко, как "Расписание движения пассажирских поездов", написанное крупными буквами на стене гомельского вокзала. Есть на свете звонкие фразы, от которых и спать не хочется.
все возможно

Браслеты-намотки

Попалась мне тоненькая замша дивных оттенков. И не устояла я. Себе сделала тоже: завалялась у меня подвеска - французская лилия, так я ее не ношу, а на браслете она отлично смотрится. Позавчера в Прейли и выгуляла свою новинку, как обычно, протестировав на себе. Браслет прекрасно носится: легкий, не мешает, ни за что не цепляется.
А сколько еще непознанного...

IMG_8527

Collapse )

Etsy
кудряшки

Что в имени тебе моем

А вот кстати, про слова-раздражители недавно разговаривали, а имена!

Вы довольны своим именем? Как считаете, оно вам подходит? Правы ли были родители, когда вас так нарекли?

Я со своим именем просто смирилась. Оно не мое, но я в него как-то втиснулась, поместилась, хотя усы и хвост торчат, конечно. Ник "Кэп" подходит мне гораздо больше. Мама говорит, что хотела назвать меня Оксаной, а отец, не спросив ее, записал в роддоме Наташей; и вот Оксана из меня получилась бы гораздо лучше, я считаю. Причем мы тут обсуждали с подругой недавно, и пришли к выводу, что меня бы звали "Ксеня" или "Ксюша", и это мне очень нравится. Ксена, королева воинов :)

Так-то я смирилась с производными, хотя "Наташа" меня нравится меньше всего. Может, потому, что это у нас такой семейный прикол - вспоминать, как от мамы и бабушки исходил зов "НАТАША!!!", стоило мне устроиться в уголке с книжкой и попробовать хоть минутку почитать :))) Этот вопль означал, что впереди меня ждет еще вагон и маленькая тележка заданий :) В остальном, обращение "Наташа" мне нравится, когда его произносит несколько знакомых, совершенно определенных человек. Один друг называет меня "Натусик", и именно от него я это не то что спокойно переношу - мне нравится это слышать. Еще хорошо звучит "Ната", это я перевариваю без проблем.

Но вообще единственный вариант, который мне и вправду по душе, - это как мое имя произносят иностранцы. Я всегда представляюсь полным вариантом - Natalia (в латвийском паспорте пишется Natālija, вариант для местных) - и это в их устах звучит просто потрясающе. Особенно я млею от новозеландцев с их акцентом и открытыми мюзикловыми А. Хоть переезжай туда, но далековато. Впрочем, англичане и австрийцы тоже не отставали, да и французы хороши, хотя у них, конечно, больше на "Натали" похоже.